Mandel Law Firm
Search
 
 

 

ОГУРЧИКИ ИЗ СКЛЕПА.


ОГУРЧИКИ ИЗ СКЛЕПА.
Девять лет назад Инга Кацель убила своего отчима. Все это
время труп покоился в погребе, рядом со съестными припасами.
Позывы совести падчерица заливала самогоном.
Иван Середа, ахметовский участковый, корпел над очередной
бумагой в райотдел. Спешил в срок отчитаться о профилактике
пьянства среди станичников. Накануне инспекторов чихвостило
милицейское начальство: в районе двадцать четыре убийства за
прошлый год. И, если отбросить три чистой воды криминальных,
получается, все остальные - по хмельной лавочке. Нахлещется народ
до умопомрачения и ну разборки устраивать: ты меня уважаешь? Жена
прикончила мужа, отец - сына, сестра - брата... "Прямо
апокалипсис какой-то", - почесал авторучкой в затылке.
Середа. И тут на пороге его тесной комнатенки нарисовался "объект
профилактики" Инга Кацель. - Ты паспорт собираешься получать? -
напустился на нее участковый. - До двадцати трех лет дожила, а
документов не имеешь. Вот отправлю в каталажку как бродягу! На
десять суток. - А я за тем и пришла... Я отчима убила.
- Да ты не похмелилась с утра! - вскипел милиционер. - Откуда
у тебя отчим-то взялся? Вы ж с матерью только и знаете, что пьете
с утра до ночи. На дне Отчим у Инги действительно был. Да только
все соседи знают: девчонке не сравнялось и пятнадцати, когда Иван
бросил их с матерью и укатил к родне в Абхазию. - Гляди-ка, -
судачили на завалинках, когда Ингина мать, Раиса Митрофановна,
шла по станице, - раньше вся синяя от Ивановых кулаков ходила, а
теперь - от пьянки.
Не знали в Ахметовской, какую страшную тайну все эти годы
хранили мать и дочь. И что за горе заливали они горючей
самогонкой. Косточки Ивана уж девять лет гнили в их погребе на
огороде. - Полезу зимой банку огурцов взять, - каялась потом
Инга, - а по спине мурашки бегут. Я ведь его неглубоко закопала.
Но за все девять лет ни разу он мне не приснился. К матери
приходил во сне, а ко мне - нет. От отчима Инга натерпелась.
Может, потому и не снился он ей. Разве забудешь такое - спасаясь
от тумаков, вместе с матерью неделями отсиживались у соседей. Но
крамольных мыслей избавиться от тирана ТАКИМ способом не было.
Все получилось само собой 14 января 1992 года. В полдень
восьмиклассница Инга вернулась из школы, а у Ивана с матерью уже
заканчивалась вторая бутылка. Раиса засобиралась за третьей.
- Ты у кого самогон брала? - расплевался супруг, отведав
только что принесенного суррогата. - У Нинки? Так она ж его из
куриного дерьма гонит. Тяжелый кулак обрушился на голову
непутевой жены. И та упала без чувств. А насмерть перепуганная
Инга схватилась за нож. Куда ударила - теперь уже не помнит.
Только отчим после этого больше уже не поднялся. Мать, узнав о
случившемся, убежала в заброшенный дом и три дня не казала домой
носа. А Инга опрокинула стакан самогона и заснула сном младенца.
Наутро девчонка отволокла труп в погреб, вырыла яму и как смогла
похоронила. Соседям Раиса рассказала, что Иван ее бросил и
подался к своей родне в Сухуми. А те особо и не допытывались, что
да почему. Невелика потеря - одним алкашом стало в Ахметовке
меньше.
Дочки-матери С той поры Раиса запила пуще прежнего. Только
теперь в собутыльниках была у нее родная дочь. Скандалили, а как
же без этого? Достаток в доме и раньше не ночевал, а уж когда
мать вышла на пенсию - и подавно. Сажали картошку. Собирали в
лесу целебные коренья. Все, что зарабатывали, спускали на
выпивку. Основательная трещина в семейных отношениях пролегла
после того, как Инга родила сына. Кто отец - не знает. Пьяная
была. Раиса то и дело грозилась сдать дочку милиции. В январе,
для храбрости приняв на грудь, Инга сама пошла к участковому... -
За девять лет ткани трупа полностью истлели, - рассказал нам
старший следователь Лабинской межрайонной прокуратуры Максим
Девяткин. - Доподлинно установить причину смерти Ивана Клевцова
эксперты не смогли. И все обвинение, по сути, основывается на
показаниях самой Инги и ее матери.
Повинилась - подралась Записав объяснения, блюстители
законности выпустили Ингу до суда под подписку: срок давности по
делу давно истек, а у одинокой мамаши трехлетний ребенок на
руках. На радостях Инга двинула к дальней родственнице - обмыть
это дело. А у той уже пир стоял горой. Как же - дочка родилась!
Отец новорожденной слабеньким оказался - несколько стопок выпил и
брыкнулся на диван. А компания из шести человек "уговорила"
десять литров самогона. И... забила до смерти одного из
собутыльников. Больше других отводила душу Инга. Молотила
несчастного руками, ногами, поленом...
- За что же ты так его? - спросили следователи.
- Убирать в доме не хотел, вот и получил по заслугам.
По заслугам воздастся и Инге. Скоро Лабинский районный суд
вынесет ей приговор. Сама себя Инга приговорила давно. Наверное,
еще в четырнадцать лет, когда в первый раз взялась за стакан с
самогоном. Валерий БУТАЕВ.
Фото Татьяны ЗУБКОВОЙ.
КОММЕНТАРИЙ ПСИХОЛОГА.
Виолетта Агаджанова, психолог Краснодарского территориального
центра социальной помощи семье и детям: - Судя по всему,
психологическую травму Инга получила еще в детстве. Родители не
уделяли ей должного внимания, ребенку не хватало теплоты и
заботы. Вместо этого у нее на глазах отчим унижал мать и наводил
ужас на девочку. Отчим-тиран был для нее воплощением жестокости.
Злость, накапливавшаяся в душе подростка, вероятно, не один год,
однажды выплеснулась - этим можно объяснить состояние аффекта, в
котором находилась Инга в момент убийства.
Но в то же время, решая для себя на подсознательном уровне -
делать жизнь с кого, Инга взяла за пример поведение
отчима-агрессора, а не униженной и забитой матери. А внутренние
противоречия и чувство вины снимала с помощью алкоголя.


2002 год

2000 год

2001 год

1999 год
 


2009 Все права защищены. Перепечатка, воспроизведение в любой форме, распространение, в том числе в переводе, любых материалов с Сайта возможны только с письменного разрешения владельцев сайта.